вверх

Форум Великолукских любителей собак... и не только...

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Черный хендлер. Сказка.

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Ну вот и вечер, пока обещанную сказку рассказать. Написана сказка владельцем дога Оськи, творческий псевдоним - John Devis.
Действующие лица:
Оська - дог черного окраса
Муза - муза
Мася - кот, в детсве Оська думал, что кота зовут Осямасюестьнельзя)
С остальными действующими лицами познакомитесь в процессе чтения.

"ЧЁРНЫЙ ХЕНДЛЕР"

Муза сидела около Оськи. Прямо на полу, на его подстилке. Сидела и забавлялась Оськиными ушами. Причём засранец Ося, как-то стесняться, напрягаться, закладывать уши назад, и не думал. Наоборот, пожирая Музу влюблёнными взглядами, старался держать их под идеальным углом. Даже кончики ушей не загибались небрежно, как при «повседневной носке», а прилежно, по-гусарски топорщились.
«Ты бы так на монопородке, под Переведенцевой, выпендривался. В Новосибирске. То-то бы, мы всю выставку в одни ворота вынесли бы» - подумал я, старательно делая вид, что продолжаю спать.
- А может быть и не «вынесли» бы? – скептически хмыкает Муза – Выставки одними ушами не выигрывают.

Тут Муза морщит носик и ненадолго задумывается.
- Та-а-а-к… чтобы тебе такого рассказать,… мозги твои закисшие разшевелить маленько. А, во! Ну, слушай…
Знаешь, практически в любом деле есть мифический Чёрный профессионал. Правда, правда! Ты понимаешь меня? Вот, например, есть Чёрный геолог, Черный полярник, Черный капитан, Черный лётчик, ну и так далее, даже Чёрный мент имеется. Персонажи зачастую невыдуманные и, в принципе, далеко не злые, это уж молва им потом приписывает ерунду всякую, для интереса. Скорее уж наоборот, Черные профессионалы иногда помогают людям. Подсказывают правильный выход из нестандартной ситуации, предостерегают от глупых поступков. Вот я и говорю: Черный хендлер тоже есть. Не так давно объявилась, где-то в конце девяностых.
- А раньше, что, не было?
- Да вот, как-то не свезло вам, раньше действительно не было. Да не расстраивайся ты, Черного кошатника до сих пор нет. И ничего, нормально, живут. Так во-о-т… Чёрный хендлер, я говорю. Зовут её Арина. Симпатичная, между прочим, деваха. Арина Щедрина. Папашка у неё, Щедрин Родя, хорошо его знаю, рассказы писал. Мужичок таланта гораздо среднего, но болел литературой сильно, тебе б его трудолюбие. Классиков читал, Пушкина уважал безмерно. Вот, как у него дочка родилась, так он её сразу же Ариной и назвал. Ну, чтобы Арина Родионовна получилась. Она и получилась, конечно. Причем, что самое интересное, вот было в ней что-то такое... От няньки. Ещё в детском садике молодым воспиткам сопли вытирала. Придет молоденькая воспитательница с «втыка», от заведующей, а порой и зареванная, так маленькая Ариночка сразу чувствует всё. Возьмёт ручонкой и скажет: «тихо, тихо, всё будет хорошо, успокойся, ты самая, самая хорошая». И успокаивается человек, как будто камень кто с души снимает, верит, что действительно всё будет хорошо. Вот такой у неё дар был. Она дурные девяностые, помнишь, когда в России беспредел творился? – в самом романтическом возрасте встретила. Так, веришь, её ни один гопник, ни разу, за всю жизнь не обидел. Да, что там гопники, ей даже в автобусе не хамили никогда. А в ней, забыла упомянуть, метр сорок девять росточку было. При весе тридцать шесть – тридцать восемь, в зависимости от времени года. Вот я и говорю: А собаками она вообще не занималась. Ну, то есть собака у неё был, спаниелька, народного разведения, но к ненормальному племени собачников она не принадлежала. Да.
А в хендлеры, попала следующим образом…
Муза потрепала Оскара за ухо (Оська, на радостях, дал хвостом, по башке коту Масе) и продолжила:
- Сидела она как-то с конспектами на Оке. Дача у Родиона там. На последнем курсе педагогического училась, на инъязе. Ну и Борман с ней, куда без него? Что? Борман? Ну, спаниель, конечно, кто ж ещё? Да, а Боря у неё, ну, в смысле Борман, вышколенный был «донельзя». Она в дрессировке ни тяти - ни мамы была, но из любви к воспитательству, своими словами, выучила Берчика просто чудеса творить. Скажет в полголоса: «Боря! Да не смотри ты на этих коров, сядь, пожалуйста, ты мне учить мешаешь!» - и молоденький спаниельчик, вместо того, чтобы бежать к стаду, облаивать, - сидит на месте, как пришитый. Или: «Ляжь! Спрячься за маму, солнце головку напечёт, будешь знать!» И что ты думаешь? Лежит Борман, как застреленный!
Ну и вот, значит,… лежит она себе в купальнике, загорает, да фигню всякую английскую на диктофон наговаривает. Чтобы произношение своё отточить. Вдруг видит, - сверху за ней мужик из джипа наблюдает. Ариша фыркнула себе, да и дальше занимается, некогда ей, девка серьезная. Через какое-то время смотрит, мужичёк тот, с «Мерседеса», к ней прётся.
- Девушка! Можно я Вам кое-что покажу, а потом сделаю одно предложение?
«Опять изврат поди, заколебали!» - подумала Арина раздражённо. Её можно понять, к ней за время учёбы в институте, уже раза три подкатывали скользкие типчики с предложением сниматься в порно. С Аринкиной фигуркой и ростиком, она вполне могла сойти за маломалолетку.
- Дядя! Ты не смотри, что Борман маленький, я сейчас ему шепну, и он штаны твои фирменные – в шорты превратит!
- Вот это я и хотел спросить, - смеётся мужик – ты собак любишь?
- Конечно, а что?
- Алла! Давай! – вместо ответа проорал мужичина.
Из джипа вышла симпатичная блондинка, и, обойдя машину, открыла заднюю дверь. Оттуда выскочил огромный, чёрный зверь, и на махах пронесся к хозяину. Наверно это было страшно. Ракурс был снизу вверх, пёс приближался, и было уже не понятно, а кто собственно больше: Этот ОГРОМНЫЙ собака или Мерседес? Казалось, что доставь сейчас с Девонширских болот собаку Баскервилей – и она будет просто щенком, по сравнению с этим гигантом. Мужик внимательно наблюдал за Ариной.
Она не боялась ни капельки. Она ЧУВСТВОВАЛА бегущего вниз громадного пса. И не ощущала в нём ни грамма безумия. Он засиделся, он был бешено рад, что можно изо всех сил бежать к папе, что трава мягкая, а земля ровная. Что можно буквально лететь над этой землей, лишь изредка её дотрагиваясь, для нового полета. Она любовалась этим красавцем.
Подлетев, пёс запрыгал вокруг хозяина.
- Это немецкий дог – коротко пояснил мужик. – А теперь предложение: Девушка, Вы знаете, что такое «Хендлинг»?
Вот, собственно так всё и было, да… Честно говоря, ей сильно повезло, с мужиком этим. Это был Сергей Шамарин, успешный, московский предприниматель. Человек неглупый, богатый и, как ни странно, порядочный. Хорошо знал Иншакова, с которым в ранней юности вместе занимался спортом, много «меценатил», в связях с бандитами замечен не был, в общем «душка».
А к догам его приохотила старшая сестра, Ленка Левая. У них, с мужем Сашкой питомник был. Хороший, надо сказать питомник, породники его любили. Единственно, что с «левого» питомника щенка было запросто не купить, на годы вперёд запись. Много за границу уходило, но лучшее Лена всегда норовила дома, в России, оставить. Так и Серёга, не три, как в пословице положено, а лет шесть своего щенка ждал. А до того всё просто в гости приезжал понянькаться-пообщаться.
- Муз! Ты что петляешь, как Оська на прогулке!? Какое мне дело до твоей Ленки Левой? Ты же рассказывала про Чёрного хендлера! Вот и говори, не отвлекайся!
- Не могу. Я Муза или где? Мне что придет в голову, то я и рассказываю. Я сама ещё пока не знаю, чем всё это дело кончится.
- Я вообще-то уже про девочку Арину писать начал…
- Ну и пиши, мы к ней ещё вернёмся. И прекрати меня перебивать! А то собьюсь, и не буду рассказывать!
- Всё, заткнулся, продолжай.
- Я и говорю, а брату родному, она лет пять-шесть щенка обещала. Да не потому, что жалко или по какой другой причине, а вот хотелось ей для Серёжки какого-то особенного щенка вырядить. Ну и подогнала она ему, в конце концов, Диксона этого. Тьфу ты, Господи, ну и имечко! Меня там не было, когда она на Д-помёт имена придумывала. Ну, и кучу наставлений, рекомендаций, знающих ветов ему по-насоветовала. Да он, надо сказать, и не новичок в собачьем мире был. В смысле знал весь бомонд за счёт сестры. Так вот, он к мнению и советам сестры прислушивался, но сказал, что хендлера, Дику, найдёт сам. Это не значит, конечно, что до Арины никто с собакой не занимался. Когда он Арину увидел, Дику уж 10 месяцев было. Ходили они и на тренировки, и на выставках уже блистать начали. С хорошим, московским хендлером. Уже «юного чемпиона России» успели, закрыли.
В общем, для начала он Аришу в Англию отправил. С группой студентов-инъязников. Вроде как для совершенствования языка с носителями речи. Жить студеры должны были в английских семьях. Он пристроил её к знаменитой английской хендлерше. На целый месяц, на учёбу.
Вот так и понеслось. Начала Арина хендлерить помаленьку.
- Погоди, погоди! А Серёга этот, а Дик?
- Да живёт твой Серёга, работает, что ему станется? А Дик, прожил девять лет, потомков кучу наплодил. Все титулы, какие только существуют, Арина с ним собрала. Они и интеры были, и мультичемпионы, и тридцать пять цацибов заработали, и в книгу рекордов Гиннеса два раза его заносили, в общем, всё нормуль.
- А Арина?
- А Арина работала. Стала маститым хендлером. Её это оказалось. Я говорю, по нраву ей хендлерство пришлось. Даже дня в педагогах не походила. Но институт закончила, и он ей сильно помог. Благодаря хорошему знанию английского, объездила Ариша весь мир. И куда её только судьба хедлерская не забрасывала… О! Погоди! Наврала я, что Арина «преподам» не работала. Полгода в Англии преподавала. Как раз хендлинг, по просьбе своей первой учительницы. Английским «собачатникам». А потом по дому соскучилась и вернулась обратно в Москву. Она уже разными породами занималась, но доги навсегда остались её первой и главной любовью. У неё и свой дог был. Сейчас полное имя не вспомню, а вкратце его Плакат звали. Тоже «закрытый» весь, как в танке.
В общем, втянулась Арина, пообтёрлась. У неё был свой, «ариновский» стиль, который, в общем-то, ничем не отличался от методик других профессиональных хендлеров, да только делала она всё с блеском, качественно и надежно. Так бы всё и шло своим чередом, если бы не один случай…
Прискакала к ней одна приятельница, довольно известная московская дожатница Барбара Медвецкая. Для друзей просто Варя. Глазищи квадратные, вся в «афиге» и рассказывает:
- Аришон! Что я видела, - ты не поверишь! - и поведала ей удивительную историю.
Поехала она со своим кобелём в Улан-Уде, интера закрывать. Обычно в такую дальнюю «заперду» москвичи за «цацибом» не ездят, но здесь особый случай получился. Туда летела её подружайка из Латвии, по приглашению, судить выставку. Рейс через Москву. Ну, они по скайпу и доболтались: что, дескать, тебе в Москве киснуть? Поехали, мол, в Сибирь смотаемся. Развеемся, наобщаемся вволю, заодно и интера закроешь. У Бэнса, дога Вариного (Рубенс его звали), с трёх регионов «цацибы» уже были, нужен был четвертый. Ну, она и махнула рукой « поехали, Даня, действительно, хоть растрястись маленько нужно».
- Муз! А что, они все померли?
- Кто?
- Ну, Варя эта, подружка её прибалтийская, Рубенс?
- Да нет, конечно. С чего ты взял? Все живые. Кобель, правда, помер. Так уж, сколько лет прошло…
- Тогда, что они у тебя всё «была», да «были», - в прошедшем времени?
- Молчи, дилетант, ты ничего не понимаешь. Я рассказываю тебе, как сказительница, а сказительницы всегда в прошедшем времени излагают. «Жили, были Дед, да Баба. Ели кашу с молоком…» Видишь? Всё в прошедшем времени. А старики по сию пору живые. А ещё, сказительницы обычно не вдаются в подробности. Вот я, например, точно знаю, что кашу с молоком, старики ели потому, что зубов не было. Да и бухал Дед прилично, хорошо хоть корова была. А то с такой пенсией, как у них, да при пьющем дедке, не сильно-то разгуляешься. Ну, всё, не мешай мне, поехала я дальше.
А тут надо сказать, что Варварин Рубенс действительно был кобель всех мер. Достойнейший. Она с ним все «Европы» объездила, ещё и Прибалтику, Киев, Минск. Они пока в самолёте летели, подруга всё смеялась: « давай я Бене прямо в самолёте «цациба» присужу. И сразу, у трапа самолёта, выкатишь поляну – начнем интера обмывать!»
Тут Муза начала дразнить Оську его мягкой игрушкой.
- Ну, всё, всё, всё Муз! А дальше? Дальше, что было?
- А дальше, Рубенса каким-то образом вместо класса чемпионов, в открытый класс записали. Это бывает, устроители намудрили, в запарке. Помнишь, в Новосибирске Оську в «промежуток» вместо «юников» записали? Только Варя, в отличии от тебя, не пошла в администрацию воевать, а махнула рукой на это дело, ей по барабану было, как выставку выигрывать. А потом, перед рингом, смотрят, у них в классе какой-то, ну, о-о-ч-ч-чень приличный кобель, и совершенно никому неизвестный. По каталогу вроде из Владика. Крови импортные, но страны совершенно «не собачьи» указаны. Юго-Восточная Азия. Кобель с мужиком, и мужик, что интересно, с палочкой.
Распорядитель всех по очереди в ринг приглашает, собак немного, судья не торопится, тщательно экспертизу проводит. Когда их кликнули, мужчина никому собаку не передал, а к входу в ринг пошёл сам. Дайна ещё поморщилась про себя: «Ну, вот… Куда сам-то лезет? Неужели хендлера какого завалящего не нашлось? На жалость, что ли надеется? Кобель-то, какой складный, считай, готовый R-cacib был. Сейчас всё своей хромотой испортит, не даст кобелю выступить!»
Мужик меж тем, не заходя в ринг, спросил в полголоса:
- А можно он сам?
Дайна безразлично-соглашающе пожала плечами. «Такие попытки, мы уже, было дело, видели. Обычно убожество!»
Мужчина просто потрепал пса за шею, и отошёл от входа.
Дальше тупо началось сумасшествие, другими словами то, чего просто не может быть.
Те несчастных 5-6 метров до судьи, пес прошел идеальной, легчайшей, можно сказать выписанной, буква к букве, рысью. Буквально физически ощущалось, что пёс очень старается. Встал он ровно перед судьёй, в двух с половиной метрах от неё. Другими словами на наиболее удобной и приятной для эксперта дистанции. И целиком видно экспонируемого, и зубы смотреть недалеко идти. Про саму стойку, просто нет смысла упоминать – идеал. Он стоял натурально на цыпочках, отодвинув и в меру расставив задние лапы, развернув грудь, демонстрируя лебединый вылет шеи. Стоял и буквально «ел» судью взглядом. Видно было, что он изо всех сил старается выглядеть, как можно внушительней. Так когда-то «солдатушкибраворебятушки», истово тянулись перед любимым царём-батюшкой. Дайна рассказывала:
«Я чувствую, у меня башка подплывает. Он смотрит на меня и у него на морде буквально написано крупными буквами: «Тётя! Ну, давай папу порадуем! Скажи всем, что я самый лучший!». Подошла к нему зубы смотреть, а он голову приподнимает, шею вытягивает, чтобы мне удобней было. Клянусь, если бы он меня шёпотом спросил: «Ну, как, нормально?» – я бы даже в обморок не упала. Не удивилась бы. Я ему, СОБАКЕ, жестом показываю «от меня, ко мне», а он, этак коротко, корректно мне кивает, и побежал. Ну, думаю, пипец: Здравствуй инопланетянин! Короче слила я этому Юстасу всю выставку нах, и очень, очень жалела, что больше ничего дать ему не могла».
- А мы с Беней должны были следующими идти – продолжала рассказ Варя – так, веришь, стыдно выходить было. Любая наша стойка, по сравнению с тем, что мы только что увидели – сани-розвальни. Как бы у меня Рубик не закуражился. Понимаешь, тот пёс САМ выступал. Не потому, что без помощи хендлера, а просто САМ. Это ЕМУ нужно было, другой вопрос для чего, но все решения он принимал САМ. Уверена, случись какая-нито нестандартная ситуация, - он бы её решил. Смог бы с импровизировать. И взгляд. Хорошо ученый собака, под руководством достойного хендлера, что-то подобное показать сможет. Но вот общаться так с судьёй, - никогда. Он буквально фиксировал Даню взглядом. Вот, как, допустим, ты с собакой занимаешься? Включила внимание собаки строго на себя, и стараешься всё выступление не потерять контакт. Вот здесь примерно тоже самое, только ещё круче. Он разговаривает глазами, абсолютно четко и осмысленно. Вот он бежит, голову держит, а сам на Дайну смотрит: «Так нормально? Может прибавить?» Знаешь, даже страшно. Прямо мутант какой-то. Может, ему какой-нибудь чип вшили? Он вроде как откуда-то с Сингапура родом, мало ли до чего у них, азиатов, техника дошла.
- А мужик? – недоверчиво спросила Арина.
- Мужик тоже странный, это я уже потом начала приглядываться. Помнишь, ты как-то на вечеринке, для собственного развлечения, «Падает снег» с французского, на английский переводила? У тебя там строчка получилась: «Мудрый и вечный, он не добрый, не злой…». Вот это про него, про мужика этого. Очень подходит. Мужик спокойный, как могила. Ему бы надо: либо сдохнуть от радости, либо лопнуть от гордости, что его пес так выступает, а он сидит живёхонький, улыбается одними глазами.
Арина задумчиво покусала губу, потом, всё ещё сомневаясь, переспросила:
- Что вы, говоришь, пили с Дайной на обратном пути?
- Ага! Я так и знала, что ты не поверишь! А у меня, вот что есть!
И она торжествующе продемонстрировала обычный DVD-диск, в простеньком, копеечном футляре. И тут же сделала страшные глаза:
- Только ты никому. Это рабочие съёмки.
Муза зевнула и снова почесала Оську за ухом.
- Ну?
- Баранки гну!
- Что дальше?
- А ничего. Прониклась Арина, заинтересовалась. Точнее головой двинулась на этом случае. Она давно-о-о-о уже о чём-то подобном размышляла. Точнее бредила на эту тему. Дело в том, что она действительно была ХОРОШИМ ХЕНДЛЕРОМ. С большой, большой буквы. А не просто денежку заколачивала, на хлеб, да на коньяк насущный. Хотелось ей чего-то большего, другого уровня, что ли… И когда Варя рассказала эту историю, она сразу подумала: «ну, вот, … кто-то переступил».
В общем, нашла она их. Этих мужика с собакой. Дело нехитрое, когда игровое поле хорошо знаешь. К Люде Ружич они зарегились, на монку, в Иркутск. Арина тоже туда рванула. «Евродог» в Хельсинках похерила, все предложения корректно отклонила, и уехала на Байкал. И только на катере, когда их на турбазу, на предвыставочный банкет везли, поверила – вот он, догнала. На турбазе, пока готовила с девчонками столы, пригляделась.
Обычный, мужик, как мужик, лет сорока пяти наверно. Причёска короткая, бобриком, может быть седоват излишне. Жилистый, высокий. И непривычный. Будто бы без маски. Сейчас мало людей без неё ходит. Просто у одних из-под топора, неприкрытая, а у других выписанная до миллиграмма. А здесь никакой ненатуральности, такое ощущение, что вот должен он быть именно такой. Законченный какой-то, ни туда, ни сюда. И пёс самый обыкновенный, бегает с остальными, носится по территории. Разве что к хозяину интересно подбегает. Подбежит, сядет, хвостом, головой покрутит, и дальше играть.

Отредактировано Тера (2012-02-29 22:41:45)

0

2

Oни разговаривают – поняла Арина – он делится впечатлениями, может быть хвастается о чём-то. Всё, как обычный собака, может только на другом уровне».
- Спрашивайте, всё, что вас интересует. Отвечу. Иначе дров наломаете. Дело в том, что вот именно у вас может и получится.
Арина чуть не упала со скамеечки. Мужик будто материализовался рядом.
- Вы всегда так неслышно ходите?
-Извините, это вы просто задумались. Я постараюсь быть пошумнее.
- Вы кто?
- Стас. Я Стас, - он Юстас.
- То, что я хочу, реально?
- Получается, что реально, но абсолютно ненужно.
- А Вы можете ВСЁ рассказать? Или хотя бы то, что можно.
-В принципе и всё можно, если это действительно надо.
- Нужно.
- Ну, тогда слушайте.
Стас посмотрел на Байкал, махнул обернувшемуся Юстасу, и начал неторопливо рассказывать.
- Сначала о нём, наверно… Юстас пёс с достаточно необычной судьбой. Во-первых, он очень чистых кровей, просто чистейших. Из закрытого питомника, который не ведёт абсолютно никакой коммерческой деятельности, совершенно не стеснен в средствах, применяет самые передовые технологии и имеет доступ к любым заводчикам и разведенцам в мире. С этого питомника ничего, никому не продается, ну, или почти не продается. За редчайшим исключением, вроде моего случая. Владелец старый, полусумасшедший англичанин. Проживает в тех местах более пятидесяти лет. Живёт в типичном староанглийском замке. Который сам же и построил в семидесятые годы. Питомнику собственно принадлежит весь остров, на котором этот замок расположен. Они не принимают гостей и туристов, попасть туда без приглашения невозможно. Могут быть любые коллизии. У них там немножко другая планета. Азия. Но самое интересное, конечно, история этого питомника…
Вы слышали или читали когда-нибудь о мадам Вонг? Или Фанг, кто, как в литературе трактует. Седая древность говорите? Согласен, так и питомник основан в конце шестидесятых. Знаете, в тех краях к собакам относятся безобразно, я бы сказал потребительски и очень жестоко. Как, кстати, и к кошкам. Очень сильно влияние Китая. Там, даже если это Малайзия, Сингапур или Макао, то всё равно на 40-50 процентов Китай. Отсюда и отношение.
Мадам Вонг была больна манией преследования. В тяжелой форме. Она не боялась правительственных войск, полиции Гонконга, Макао, Тайваня, Сингапура. Чихала на Большие иностранные державы, клявшиеся стереть пиратку с лица земли. Она боялась предательства. Внутреннего предательства, от своих. У неё была личная контрразведка и внутренняя полиция безопасности. Порою достаточно было кому-то из её людей произнести где-нибудь в баре «мадам Вонг», без всякого подтекста и продолжения, чтобы умереть за это лютой и загадочной смертью.
И какое же было бы удивление соратников, если бы они узнали об одном странном приказании своей госпожи.
Как известно на мадам Вонг работали не только китайцы, малайцы, тайцы и иже с ними. Масса европейцев была так или иначе задействована в комбинациях странной китаянки. Вот и молодой сотрудник английской торговой миссии Чарльз Берри, получавший от молчаливых посредников немалые суммы за кое-какие услуги, был сильно напуган. Когда в курительной комнате представительства, самой уютной и безопасной комнате в мире, неслышный и вышколенный слуга китаец шепнул ему на ломаном английском: «Сегодня вечером вас ждёт мадам Вонг»
В этом месте я поперхнулся, и в полном афиге пробурчал:
- Ну, метёлка, ты даёшь!
- А то! – ухмыльнулась Муза – пиши дальше.
- Но почему Вонг? А не старик Хоттабыч, допустим?
- Потому, что она была очень необычной женщиной. И не только пиратствовала в Южно-Китайском море. На протяжении более чем двадцати лет! До сих пор в мире нет ни одной достоверной её фотографии. Когда ею, в семидесятых, занялись вплотную, то даже всемогущий Интерпол, разгромил не более 15-20% её нелегальных предприятий. Хотя шуму и торжества было предостаточно. Ещё бы, нашли и в Европе, и в Америке, и в Австралии, и в Южной Америке. А нашли на самом деле только верхушки. То, что им специально слили. Её так и не смогли поймать. Она исчезла сама. Тихо, постепенно и бесследно. Неизвестно, может быть она жива до сих пор. Она была чудовищно богата. И она умела нестандартно мыслить. Общественное мнение всегда рисовало её, как ограниченную, неграмотную китаянку. На самом деле, это было не совсем так. Или совсем не так, кому, как больше нравится.
Когда Берри завели в дом, он ничего не увидел. Ни саму мадам, ни её телохранителей. Комната была абсолютно пустой. Стоял только низенький, китайский столик, с циновками возле него, извечные китайские вазы, да большое зеркало на стене.
- Не зачем тебе меня видеть, - проскрипел где-то спрятанный динамик – я тебя убивать пока не собираюсь. Скажи, англичанин, это ведь твои родители разводят у вас на усадьбе собак?
Чарльзу срочно захотелось сесть на пол, ватные ноги не держали. Он знал негативное отношение местных к собакам. Держать собак, не считалось здесь почтенным занятием. Поэтому при заполнении анкеты, которая передавалась английским торговым представительством местным властям, он, не вдаваясь в подробности, в графе «родители» написал «эсквайры». Более того, даже в разговорах с сослуживцами или же просто какими-то европейцами, это тема не поднималась. Как-то не выпало случая. Разведка мадам Вонг была мощнейшей.
- Я умоляю мадам не наказывать моих несчастных родителей. Это их профессия. У нас по-другому относятся к собакам. Родители всегда разводили английских мастифов, теперь занимаются немецкими догами.
- Я и не думаю сердиться – бесстрастно сообщил скрипучий динамик. – Это вот эти собаки?
Стоящий сбоку телевизор включился сам собой. У Берри защипало в носу. «Дом, милый дом…»
Переход состояний был не то чтобы болезненный, но больно уж резкий. Арина даже затрясла беспомощно головой. Обычный, прохладный ветерок с Байкала, показался ледяным и промозглым. Это в начале-то июня! Она до сих пор была там, в пряной и влажной, звенящей не то экзотическими птицами, не то неведомыми насекомыми жаре южно-китайского моря. В окрестностях Гонконга, или Банкока, или черт его знает чего, куда её забросил странный собеседник.
- У Вас необыкновенная восприимчивость, очень напоминает, Вы уж простите, восприимчивость собаки – чуть извиняющимся тоном произнёс её новый знакомый.
- Что это было? Я как бы была вместе с этим парнем в очках. И вонь от рыбы чувствовала, когда мы ночью мимо того рыночка проходили, и обезьяна в меня чуть не попала, когда они, в протоках этих, палками швырялись. И в доме, палочки ихние, китайские, с благовониями…
Арина снова потрясла головой.
- Я попробовал разговаривать с Вами мысленными образами. Причём по самой упрощенной методике. Начал просто словами, а затем дал мысленный посыл. Остальное всё, я имею ввиду все эти подробности, Вы сами себе придумали.
Арина поёжилась:
- Вообще-то это страшно. Возможно пострашнее наркотиков. Придуманная жизнь оказалась на порядок интереснее. Если бы Вы дали мне альтернативу, а не выдернули меня, как морковку с грядки, я бы, наверное, сидела и грезила бы до бесконечности.
- Естественно – пожал плечами Стас – это же вы всё сами себе придумывали. Больше всего собственные произведения нравятся самим писателям. Точнее даже не то, что они написали, а то, что они хотели написать. Иначе они не смогли бы сочинить ни строчки.
В этом месте Муза шпыньнула меня локтем в бок, и зловеще прошептала:
- Видишь, дармоед, люди сами себе сочиняют! Хочут, и пишут! А не ждут когда я за них, как прачка надрываться буду!
- Правильно будет не «хочут», а «хотят» – буркнул я, продолжая писать.
Стас подождал, пока мы с Музой закончим препираться и тоже продолжил:
- На самом деле опасности именно в этом плане нет. Люди ваших телепатических способностей невероятно редки. Может быть, один на сто тысяч. Развить в себе данные Богом возможности, удается только одному из десяти тысяч этих избранных. В основном об этом и не подозревают. Хотя, по большому счёту, игромания, интернетозависимость, - это до предела упрощенная вариация вашего «сна». Люди упоённо живут придуманными или же предполагаемыми ими событиями. Со временем они становятся для них важнее настоящих.
-А почему Вы назвали мои способности телепатическими? Разве телепатия существует?
-Конечно, вне всякого сомнения. Просто она разная, многоуровневая так сказать. В основном, конечно, используется специфическими конторами, хотя и в повседневной жизни её полно. Да вот Вам наглядный пример, как собачнице. Так называемая «пруха». Бывает когда-нибудь почти у каждого более-менее достойного пса. Например, когда в один день, в одном зале, две выставки, ты на обоих записан, и обе выигрываешь. На одной может и не всё, частично, зато на другой… Всё складывается, всё прёт, попадаешь в расстановку, потом в бэст, потом берешь бэст группы, проходишь в общий… В таких случаях говорят: собак закуражился, судья для нас подходит, любит наш тип. Так-то оно так, но и про себя не забывайте. Вспомните, когда попёрло, как глаза у вас горели. Как уверенность эта ненормальная откуда-то взялась, как в судью вы этого поверили, как никого родней его, для вас, в тот момент, на свете не было. Вот тут-то вы с ним в унисон мыслить и начали. Хотел судья того или нет, но он вас почувствовал, уж больно вы сильны в тот момент были. Так что ваши мысли на судью по-любому влияли. А уж любить своего собаку сильнее хозяина, вряд ли кто сможет. Вот и внушили вы, в кураже, эксперту, частичку своей любви. Потом вы годами этого судью вспоминаете. И судит-рядит большинство собачников: «под этого эксперта надо идти, а под этим нам ничего не светит».
- Мне это знакомо, – чуть покраснела Арина. - Действительно, бывает, чувствуешь некое единение, буквально веру в какого-то эксперта. Как правило, с ним всё и получается.
- Ну да, с Вашими-то способностями – про себя хмыкнул Стас.
- А всё-таки, до расскажите, что там было с мадам Вонг?
- Ну, если вкратце… Мадам не верила до конца в надежность телохранителей. Человека можно купить, запугать, задурить голову, воздействовать каким-то другим способом. Это невозможно сделать с собакой. Я уже говорил, что в том регионе собаки не в чести. Но мадам Вонг была прозорливой женщиной и смотрела далеко вперёд. Она чувствовала, что золотой век пиратства заканчивается. И собиралась валить, уходить в другой регион, будучи очень уж одиозной фигурой, желала полностью исчезнуть. Мадам ничего не делала сама, но всегда глубоко во всё вникала. Она поручила очень компетентным консультантам: подобрать породу, найти человека, который будет этим заниматься и вообще полностью, скрупулезно разработать весь проект. Выбор пал на немецкого дога. Потому, что во главу требований ставилась способность породы не просто, на рефлекторном уровне, защищать хозяина, но и самостоятельно принимать решения о его защите. Было решено создать свой собственный питомник, под нужды одного-единственного человека, – мадам Вонг. Кстати, я полагаю, что это самый большой питомник в мире. Был выделен принадлежавший мадам, через подставных лиц, остров. Был построен замок, были куплены сильнейшие специалисты. Мадам ассигновала на исполнение этого проекта полтора процента своей прибыли. Другими словами полтора процента прибыли от всех предприятий, компаний, кораблей, доходных домов и прочих легальных и не очень дел мадам Вонг, поступали на счёт этого питомника. Это очень большие деньги.
Тут Стас ухмыльнулся и сказал:
- Вы извините, что я отвлекаюсь, но ситуация действительно забавная. Представляете, они до сих пор их получают. Я имею в виду деньги. Причём суммы очень и очень приличные. Ежемесячно, ежеквартально, ежегодно, ежедневно. С неутомимостью вечного двигателя. Берри мне жаловался на жуткий излишек денег. Надо Вам знать, барышня – Стас хитро подмигнул Арине, - что самая консервативная нация на свете, отнюдь не англичане. По сравнению с любыми азиатами, англичане фрондёры и тинейжеры. Приветствующие плакатами, любые новые веяния. Мне, например, известен доподлинный случай в той же Японии. Самурай, владевший кузницей и оружейной лавкой, поехал по своим, самурайским, делам, в другие края. В другой город, на другой остров. А своим вассалам-работникам велел выручку с предприятия в виде их, японских, бобосов, высылать в такую-то и такую-то харчевню. На его, самураевы, японамать, нужды. Ну, и что бы Вы думали? Те лет триста и высылали. А чё не слать? Берут на зарплату, на сырьё, на развитие и реконструкцию, а остальное, как положено, - хозяину. И означенная им харчевня давно уж в банк превратилась, и вместо кузни давно уж заводишко стоит, вместо катан ноутбуки катает… А юридически всё это сгинушему самураишке так и принадлежало. Вот так-то. Потом ещё замучились те деньги получать. Когда разобрались, прихватизировали, да собрались пилить лавэ на дольщиков. Там, в харчевне, вроде как пароль самурайский был когда-то, на получение.
Так вот задачей питомника было разводить НАСТОЯЩИХ догов. Умных, породных, с отменной психикой, экстерьером и всем, всем, всем. Время от времени он, по требованию, отправлял от двух, до четырёх догов по неизвестному ему адресу. То есть он не знал конечного пункта назначения. Как не знал, куда и кому уходят подробные отчёты о работе и состоянии дел питомника. Однако запросы на догов, всегда приходили с чётким указанием кого и когда прислать. И когда Чарльз начинал анализировать, то всегда приходил к выводу, что он запросил бы то же самое. А знаете, что самое интересное?
Он отправляет догов ДО СИХ ПОР.
- На данный момент, в наше просвещённое время, доги отнюдь не считаются лучшими охранниками - скептически наморщила носик Арина.
- Как знать… - улыбнулся мужчина – и потом, я уже говорил об азиатской консервативности. Кстати, мадам Вонг не первая, кому понадобились доги в качестве друзей-охранников. Её люди нарыли интересные сведения, что кроме общеизвестной любви Гитлера к догам, им ещё была создана секретная лаборатория по селекции нового типа «рейх-дога» с какими-то нереальными и страшными возможностями. Что собака, прыгая на противника, просто ломала лапами грудь и за горло хватала уже покойника.
- Бред – запахнула ветровку Арина – разве можно такое про догов говорить.
-Ну, так Гитлер был самый известный «бредун» всех времен и народов – усмехнулся Стас. – Интересно другое. Ни наши, ни союзники, не нашли тогда: ни трупов этих мутантов, ни живых страшных зверей. Скорее всего, плоды этой сумасшедшей лаборатории были вывезены в числе всего прочего в Южную Америку. В плане создания когда-то четвертого рейха.
Стас галантно набросил Арине на плечи свою куртку и продолжил:
- Гитлер, нацисты и прочее бла, бла, бла, - это конечно всё туфта, повод для зарабатывания денег жёлтой прессой. А вот мадам Вонг, - это уже интересней, кто-то же востребует наиэлитнейших догов на земле. Таких догов, как у Берри, нет во всём мире. Дайну просто отвлёк и сбил с толку самохендлинг моей собаки. А вы слишком интересовались мной и всей этой историей. Поэтому невнимательно рассмотрели Юстаса. Вот прямо сейчас, мысленно, разберите его на запчасти. Ну, как, нашли хоть один изъян? Говорят: догов без недостатков не бывает. Бывает. Он не может нравиться абсолютно всем, потому, что люди слишком субъективны, но вот по стандарту породы, он безупречен. Согласны? Безупречен в понимании стандарта мистером Берри. А теперь самое смешное: он полный брак. По оценке того же Берри. Недостаточно выражено то, вон это не дотянуто. Иначе мне бы его и не продали. Чарльз на сто процентов уверен, что такого недотёпу хозяева никогда не затребуют.
- Да, но – Арина мучительно потёрла виски, сосредотачиваясь – этого не может быть. Так, так, так, так… Я его очень хорошо представила… Стас, позовите, пожалуйста, ребёнка!
- Ради Бога, рассматривайте.
Кобель уже стоял перед ними, как говорится «подбоченившись». Стас улыбнулся.
- Ох, и выбражуля! Истинный сын «своего народа». Он обожает нравиться.
- Ну, и где вы тут увидели брак? Что вашему Берри здесь может не нравиться?
- У Вас с ним просто разные запросы, - Стас откровенно ухмылялся, наслаждаясь Арининым недоумением. – Так уж и быть, скажу. У Юстаса, в соответствии с его размером, недостаточный выход шеи. Грубо говоря, угол, постав правильный, а вот длинна подгуляла. Не дотягивает примерно около трёх-пяти миллиметров. В пропорции с остальными частями тела. Столп примерно на градус завален, ну и по мелочи два-три огреха наберётся.
- Он, что, дурак, этот ваш англичанин? Кто это заметит?
- Он и замечает. Для того и поставлен. Недостатки, точнее, по его мнению, пороки, были выявлены ещё в щенячьем возрасте. У них очень хорошее, эксклюзивное оборудование. Специально созданное для них в Швейцарии. Я не в курсе подробностей, но они всё измеряют, высчитывают, прогнозируют до десятка грамм, и до 2-3 миллиметров. Любое расхождение от ими установленного стандарта может сказаться на дальнейшем поголовье.
- Это сколько же щенков погибает… - в ужасе прошептала Арина.
- Нисколько. Кроме, может быть, откровенных уж уродов. Кстати у них таких практически не бывает. Они не так много разводят. Делают один-два помета, раз в два-три года. Живут все. Я сначала думал, что может быть из-за излишка средств. Надо же как-то осваивать хоть малую толику. Там собачий рай. Натурально. Остров пятьдесят на тридцать пять километров. Замечательный климат, чудесная природа. Идеальная, продуманная инфраструктура. Всё только по спецзаказу, никакой ширпотребщины. Всё самого лучшего класса, и для собак, и для людей. Их единственная забота и проблема: как сделать ещё лучше. Что для этого придумать. Там совсем нет случайных людей. Даже их электрики и сантехники, непременно страстные собачники. Они имеют возможность привлекать только фанатов и талантливых, увлечённых людей. Общество абсолютно закрытое, все их достижения остаются втуне.
- Как интересно! – глазищи Арины сияли, как фонарики – Я будто бы услышала сказку со счастливым концом!
- Да чего там интересного? Рай и рай, … что мы, рая не видели… Мне вот что странно, кому вся эта красота время от времени достаётся? Знаете, это не совсем закрытая информация, кое-что даже попало в прессу. Когда, прошлой осенью, наши спецназовцы упаковали группу сомалийских пиратов, захвативших украинский сухогруз… Один из пиратов обмолвился: «мадам будет недовольна» Его не смогли допросить.
- Почему?
- Он откусил себе язык. В кубрике, где их заперли. И помер, конечно. Причём как-то странно откусил. Сам бы он так не смог. Прикус в другую сторону. Будто ему его откусили.
- Собаки!!!???
- Люди.
- Бред… Хуже, чем с Гитлером. Какая «мадам»? Сколько ей сейчас лет? Восемьдесят? Восемьдесят пять? Девяносто? Она, что пластику сделала? Пластику на ум, пластику на мозг, пересадку на сердце, печень, на весь организм с целью омоложения? Так не бывает! При любых деньгах и технологиях.
- Возможны варианты. Может у неё была дочь? Наследственность, так сказать. «Династии» в чести у азиатов.
- Тогда, да. Интересно было бы посмотреть на новую «мадам Вонг».
- Я думаю, что ничего интересного. Да и вряд ли мы её когда-нибудь увидим. Как выглядит сама Мадам, не знает НИКТО. Я имею в виду заинтересованных лиц. Почему её дочь должна быть глупее? Пиратство от веку процветало в районе Сомали, но никогда не имело такого распространения, как сейчас. Чувствуется организация. Причём кто-то взялся со знанием дела, размахом и любовью. Хотите кусочек засекреченной информации? Во первых: это не афишируется, но такого разгула пиратства, как последние 10-15 лет не было никогда! Ни в первый «золотой век» пиратства, в тысяча семисотых годах, ни в пятидесятые послевоенные, во время второго «золотого века пиратства». А во вторых, знающие специалисты постоянно анализируют любые происшествия подобного плана. Хотя бы на предмет: а что в них общего? Это помогает бороться, профилактировать и даже предугадывать грядущие налёты. В семи из десяти случаев, в, подчёркиваю, разных регионах планеты, в планировании и разработке нападений, в числе прочих специалистов, участвовал один и тот же человек. Это непреложный факт.
Стас закурил.
- Вот и возникает вопрос: Куда уходят доги?
Глаза у Арины сделались по детски круглыми:
- Вы хотите сказать, что…
- Могу гарантировать, что если у матери в течении тридцати-сорока лет на охране были доги, то у дочери, они же будут ОБЯЗАТЕЛЬНО. Возможны коллизии. По историческим свидетельствам, мадам Вонг была очень одинока. Она была склонна к уединению ещё и потому, что недоверяла окружающим. Будучи не раз предана ещё в начале своей карьеры. Как вы думаете: если человек добровольно, годами, почти никого не видит, если собаки единственные живые существа, которым позволено находиться с ним сутками… Может ли он в таком случае полюбить догов?
- Не может, а полюбит обязательно! Иначе и быть не может!

0

3

-а, Стас ещё не успел вам с Ариной рассказать, что этому Берри, где-то с начала восьмидесятых, начали приходить странные распоряжения. Продай такого-то щенка, с вот этого вот помёта в такую-то страну, вот в этот вот питомник. Через подставных лиц, через десятые руки. Это было довольно-таки сложно. Если не развозить, а как ты просишь вкратце, то дело было так. Мадам была очень таинственный человек. Единственная достоверно известная её слабость, - это любовь к азартным играм. Она любила карты, обожала рулетку. Оказавшись на покое, одна, она заменила себе адреналин от игры математически выверенными расчётами о собаках. Чем-то подобным занимаетесь и вы, в смысле не ты, ты лох, а выставляющиеся заводчики. Это интересная и азартная игра. Я хочу сказать, что довольно много французских, итальянских, немецких и прочих чемпионов имели и имеют крови питомника мадам Вонг. Меньше всего щенков Берри как раз здесь, в России. И то, было. Сейчас тоже по-нахватали уже. Железный занавес-то кончился.
- Постой, постой! Ты же, ну в смысле Стас твой, вначале утверждал, что это абсолютно закрытый питомник, не ведущий никакой коммерции, не продающий, не дающий, не выступающий. И вааще не, не, не! Непогрешимый, невъепенный и т.д.
- Так оно и есть. Эти действия не в счёт. Это игры мадам Вонг. Скорее уж раздача, чем продажа. С огромной порой приплатой. Ей надо режиссировать какой-то результат таким вот образом, и она добивалась этого правдами и неправдами.
- А Стас этот твой?
- А что Стас? Он скорей всего, то ли разведчик, то ли спецназовец какой-то, по борьбе с мировым терроризмом. Может вообще америкашка какой-нибудь, под прикрытием. Лично меня так и тянет его эффектно грохнуть. При помощи какой-нибудь гейши-убийцы посланной мадам Вонг.
- Ты что, хочешь из меня вообще дурака сделать!? Ещё я патетически, с апломбом про гейш-убийц не писал! Я что, идиот!!!???
- Да я ничего, делай, как хочешь. Так-то вообще-то похож…
- Мне просто представилось, как обидно было бы этому Стасу, раз уж ты предполагаешь его разведчиком, умереть такой глупой, опереточной смертью.
- Лады, уговорил! – начинает злиться Муза. – Его, как крутого шпиона, переедет целый состав, доверху гружённый секретными ракетами. Всё, хватит демагогии, поехали дальше.
Стас неуверенно улыбнулся и посмотрел на Арину.
- Простите, на чём я остановился?
- Вы говорили про какое-то управление.
- Извините ради Бога. Случаются иногда какие-то видения, что ли. Как правило, кошмарные. Сейчас вот привиделось, будто мы с Вами совсем не причём. Будто сидит где-то мужик и жизнь нам придумывает.
- Это Вам «Матрица» вспомнилась – рассмеялась Арина.
- Да, да, конечно. Видимо навеяло.
Что-то я в сторону ушел. Так вот по интересующему Вас вопросу… Я как раз и занимаюсь так называемой телепатией. Специалистов в этой области действительно очень мало. И реально читать чужие мысли невозможно. По крайней мере, все. Только те, что как говорится, на лбу написаны. Просто так прочитать мысли нельзя, хотя бы потому, что их слишком много. Тайные, явные, промелькнувшие, второстепенные. И все они клубятся одновременно, в одной и той же голове. Хаос. Другое дело внушить человеку интересующую тебя мысль, а потом выслушать его интерпретацию по нужной тебе информации. Это давненько применяют различные специфические конторы. На самом деле, все эти сыворотки правды, вещь до смешного неэффективная. Достаточно просто посадить агента на код, и при введении того же пентонала, он просто сдохнет. Принцип кодирования алкоголиков. Только на порядок сложнее. Есть также довольно приличные методики противостояния «промывке мозгов». После специальных тренировок, человек учится «съезжать» с направленных ему вопросов. От хорошего телепата «съехать» невозможно. Всё просто, как перпендикуляр: Кто сильнее, кто кого.
А корни всей этой теории, практики и вообще телепатии, растут всё на том же Тибете. Вот как-то везёт им на мистику и чертовщинку различную. Собственно это и понятно, то, что множество чудес, сильнейших учений и способностей родом оттуда. Там горы, воздух, сама природа к этому располагают. И если вдруг Вам удалось быть принятым этой природой, слиться с ней… Раскрываются скрытые возможности. Человек как бы расправляется, раздается в высоту и ширину, выходит за пределы возможного.
- Вы были там?
- А? Да, конечно. И не раз. Тибет тоже своеобразный наркотик. Туда может не потянуть вновь никогда. Если ты ездил просто туристом, дринки на висячих мостах шарашил. А вот если ты попал туда, куда надо, да тамошний мир тебя понял и принял, то ты вернешься обязательно. Захочется снова побыть большим.
Последний раз я поехал туда с Юстасом. Ему только 11 месяцев стукнуло. Это было год назад. Мы жили у моих знакомых. Когда-то я у них учился… Всё было просто и банально. Почти перед самым отъездом. Отпуск заканчивался, через неделю надо было домой. Я учился ездить с Юстасом на сноуборде. Что смеётесь? «Как вы себе это представляете?» Нет, ну я сперва увидел собаку на сёрфе по телевизору. Ну и что, что у меня дог? У меня был сноуборд по спецзаказу. В общем, на нас спустили лавину. Лихачи, любители нетронутой целины. Небольшенькая такая лавинка, но нам хватило. У меня открытый перелом голени, рацию куда-то унесло. Юстас оказался сверху, на гребне, но тоже не в порядке. Ползёт на передних лапах. Зад тянет по снегу. Как бы в положении «сидя». И время от времени пытается разгрызть свою мошонку. Я понимаю, что у него где-то серьёзное защемление, а помочь ему не могу. И воспрепятствовать его самопоеданию тоже не в моих силах. Ну,… что… рискнул. Замкнул на себя. Это практикуется, редко. Страшная и сложная вещь. Возможно раздвоение личности допрашиваемого, ну, или допрашивающего, если тот сильнее окажется. А тут собака, никто, никогда не пробовал. Процесс получился необратимым. Взял он частичку меня. Ну и мне досталось, не проходит.
- А в чём, в чём выражается?
Стас сидел лицом к Арине, спиной к Байкалу.
- Юстас на тот белый кораблик смотрит? – утверждающе спросил он.
По серо-синей глади Байкала шёл небольшой прогулочный катер, Стас его видеть никак не мог.
- Вы видите пароход его глазами? Вы точно знаете, как видят собаки?
- Нет, наверно. Что именно так видят собаки, я утверждать не могу. Картинка мне видится в голове где-то чуть выше правого уха, вроде как черно-белая, но ещё и с зеркальным отливом. Наверняка изрядные искажения. Но собственно, что он видит, разобрать вполне можно.
- И у Вас постоянно где-то на периферии маячит картинка от Юстаса? – с ужасом спросила Арина.
- Да нет, конечно. Не так всё страшно. Картинку я могу увидеть, только если сосредоточусь, полностью настроюсь на него. В остальное время он мне не мешает. Надеюсь, что и я ему тоже.
- Тогда в чём проблема? Вот вы сказали, что «абсолютно незачем», почему?
- Он стал не тот. У него ум трёх-пяти летнего ребенка. Обостренное чувство справедливости. Он научился обижаться. Он понимает, что я не такой. Ну, или, что он другой. Раньше он просто умел любить. И всё. Теперь он умеет ещё многое другое. В том числе, порою быть несчастным.
- Вот так… значит…
- Значит так…
- Муз! Прекрати! Ты что замолчала? А дальше что?
- Да, собственно, ничего. Больше они никогда не виделись. Собаки этого, тоже на выставках больше никогда не было. Они вообще на выставки попёрлись, из-за Юстаса. Насколько я знаю, шли они где-то со Стасом, во Владике кажись, ну и увидели выставку, возле Дома пионеров. Тому понравилось, давай тренироваться на полянках, стойки разучивать. Ну и выпросил; «пап, пойдём!» да «пап, пойдём!» Так вот и встряли не по детски. Стаса начальство потом вздрючило, узнали как-то, чуть не списали. Долго проверяли, не дурак ли, мало ли что могло от таких экспериментов произойти. Башка его, лично ему не принадлежит.
- А Арина?
- А Арина не сразу домой приехала. Где-то её чёрт носил. Вернулась похудевшая, глаза почему-то синие стали. Раньше никто не замечал. Решили, что линзы пользует. Проработала не долго. Людей, клиентов разлюбила. Странная стала. Берет собаку, выступит на «лучшепростонебывает», а потом отдавая её и ляпнет что-нибудь вроде: «Он там, в парке, просто какать собирался, когда вы команду «ко мне» подали. Когда вы срать собираетесь, для вас ничего важнее на свете нет! Ни за что вы его поводком огрели!» Собаки с ней другими становились. Веришь, хозяева еле-еле узнавали. Прямо, как будто крылья у собы выросли. Не знаю, как тебе объяснить, не могу описать, вдохновения не хватает. Ну, прямо другой собака и всё! Нашлась даже пара-тройка идиотов, успели вякнуть «Щедрина что-то видать колет собакам, с которыми выступает!» А потом уехала куда-то Ари. Может на Тянь-Шань, а может ещё куда. А вскоре появился и Чёрный Хендлер…

0

4

Вот и сказочке конец, а кто слушал - молодец)))  :playful:

0